Право международных договоров

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВА МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ

ГЛАВА 2 ОСОБЕННОСТИ ПРАВА МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ

ГЛАВА 3 ПРОБЛЕМНЫЕ ВОПРОСЫ ПРАВА МЕЖДУНАРОДНЫХ ДОГОВОРОВ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСТОЧНИКОВ

В основе международно-правовых подходов к пониманию международного частного права лежит тезис о международном характере всех без исключения, в том числе и национальных, коллизионных норм, «поскольку по поводу той или иной нормы установилось соглашение государств и поскольку в основе коллизионной нормы нередко лежит веками сложившийся международный обычай (например, locus regit actum, lex rei sitae)» [1, с. 31]. По мнению И. Л. Разумова, создавая национальные коллизионные нормы, «законодатель не может игнорировать и существующие общеобязательные для всех государств коллизионные начала... которые приобрели характер международных обычаев» [2, с. 12].

Сторонники международно-правовой концепции для подтверждения правильности своих доводов широко используют также явно прослеживающуюся в последнее время тенденцию усиления роли международных договоров в регулировании частноправовых отношений. Вместе с тем, несмотря на неоспоримость данной тенденции, не представляется возможным свести все национальные коллизионные нормы только к нормам, «принятым во исполнение международных договоров и соглашений» [3, с. 47]. Внутреннее законодательство по-прежнему остается существенным источником правового регулирования частноправовых отношений. Одним из основных моментов, на которые стоит опираться при аргументации роли международных договоров в регулировании отношений, включенных в предмет международного частного права, является принципиальная позиция относительно действия положений международных договоров в национальном законодательстве и изменении (или неизменении) последними своей системной принадлежности. Другими словами, необходимо обратиться к теориям имплементации (трансформации, рецепции) положений международных договоров в национальное законодательство.

По мнению Г. М. Вельяминова, принципиально системное возражение против восприятия норм конвенций международного частного права и иных международных договоров в качестве составной части международного права (в широком смысле слова) кроется в понимании правового механизма действия международно-правовых договорных норм в отношениях между субъектами разных национальных правовых систем [4, с. 8].

Согласно подходу Г. М. Вельяминова, норма, которая возникла как норма международного договора, в последующем продолжает свое существование в двух ипостасях. Параллельно с реципированной нормой (теперь уже национального законодательства) «сохраняется и действенность как таковой международно-правовой нормы, идентичной по формулировке (но не по правовому значению) норме реципированной. Если, будучи реципированной в национальный правопорядок, норма регулирует отношения национальных субъектов права, то международно-правовая норма как таковая продолжает регулировать межгосударственные отношения, т. е. обязательства государств друг перед другом. Конкретно речь идет об обязательствах, во-первых, реципировать данную норму в свое национальное законодательство, во-вторых, обеспечивать соблюдение этой нормы в своем правопорядке» [6, с. 138–139].

Перейдем непосредственно к вопросу о соотношении национального права и положений международных договоров с точки зрения белорусского законодательства. Нельзя забывать о важнейшей составляющей государственного суверенитета, которая заключается в праве каждого государства самостоятельно определять систему национального нормативного регулирования и условия «вхождения» в эту систему положений международных договоров.

Конституция Республики Беларусь не содержит норму, которая бы однозначно решала вопрос о месте международных договоров в системе источников национального права (общая имплементирующая норма2). На основании ст. 8 Конституции

«Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства». Указанная норма вызывает массу дискуссий относительно ее толкования, и в первую очередь с точки зрения закрепления в ней приоритета международных договоров над актами национального законодательства. Достаточно заметить, что автор данного материала обращал внимание на указанную проблему и неоднозначность определения соответствующей иерархии источников на практике еще в 1996 г. [7]. В законодательстве Республики Беларусь закреплен ряд положений, регламентирующих вопросы места норм международных договоров в рамках национальной правовой системы. Обратимся к решению указанной проблемы в рамках гражданского и брачно-семейного законодательства Республики Беларусь как основных частей частноправового регулирования.

По меткому замечанию одного из основателей российской внутригосударственной школы международного частного права Л. А. Лунца, нормы международного права «сохраняют автономность в отношении к внутренней системе права в целом» [10, с. 226]. Эта автономность проистекает из того, что нормы международного права есть порождение иной правовой системы, которая независима и автономна сама по себе.

В целом не поддерживая идею «перерастания» норм одной правовой системы в нормы другой правовой системы, Г. М. Вельяминов отмечает следующее: «Представляется оправданным принципиально “развести”, во всяком случае научно теоретически, разнородные, по сути, правовые системы, пусть традиционно и существующие под укоренившимся… наименованием МЧП. Соответственно, необходимо, во-первых, выделить систему международно-публичную, входящую составной частью в международное (публичное) экономическое право и объединяющую международно-правовые нормы, направленные на унификацию (так называемые конвенции международного частного права), во-вторых, отделить от этой системы множество национальных систем МЧП, а фактически в основном коллизионно-правовых» [6, с. 140].

Однако далее автор разводит «разнородные, по сути, правовые системы», утверждая, что нормы международного права «не теряя этого своего качества… будучи реципированы (трансформированы) в соответствующие национальные правовые системы государств-участников той или иной конвенции, обретают статус норм этих систем, однако не в законодательной области этих систем, а в автономной области именно реципированных, унификационных, конвенционных по происхождению норм» [6, с. 141]. Позволим себе не согласиться с данной позицией, поскольку автономность норм международного права в рамках национального права – это не более чем умозрительное построение. Таким образом, автор (являясь сторонником национальной концепции международного частного права) пытается примирить основной постулат отстаиваемой концепции о непризнании международного договора в качестве источника с пониманием того, что нормы международных договоров (даже после их имплементации в национальное законодательство) не перестают оставаться международно-правовыми.

 

На наш взгляд, при разработке соответствующих дополнений в Закон «О международных договорах Республики Беларусь» не было уделено внимание выбору надлежащего нормативного правового акта (указ вместо декрета), не был соблюден принцип системности законодательства, а также принцип верховенства Конституции Республики Беларусь (ч. 2 ст. 7) .

Сравнивая особенности правового статуса иностранцев в публично-правовой и частно-правовой сфере в условиях современности, можно утверждать, что особенностей в частно-правовой сфере не меньше, чем в публично-правовой. Говоря об иностранцах, на первый взгляд многим кажется, что круг их прав и обязанностей намного уже, нежели чем у граждан Республики Беларусь. Однако если углубится в этот вопрос, можно сказать, что они практически приравниваются к гражданам Беларуси. К примеру, граждане Республики Беларусь могут с легкостью создавать юридические лица. Обычному человеку, не подкованному в юриспруденции, покажется, что иностранцы вряд ли без трудностей смогут это сделать. Однако особенности в этой сфере все же имеют свое место.

Иностранные граждане на территории Республики Беларусь могут создавать два вида организаций: коммерческие организации с иностранными инвестициями, уставной фонд которых составляет не менее чем 20.000 долларов США иностранных инвестиций, а также коммерческие иностранные организации, где уставной фонд иностранных инвестиций составляет 100%. Создать такого рода организации иностранец может двумя способами: либо приобрести долю участия (акций) в ранее учрежденном белорусском юридическом лице, либо путем учреждения иностранных инвестиций совместно с белорусскими инвесторами1.

Вообще, деятельность иностранных инвесторов в Республике Беларусь регулируется Законом Республики Беларусь «Об инвестициях» от 12 июля 2013 года. Самым главным условием для иностранцев в сфере инвестиционной деятельности является государственная регистрация иностранной коммерческой организации либо регистрация коммерческой организации с иностранными инвестициями. Такую регистрацию осуществляют облисполкомы либо Минский горисполком. Регистрация коммерческой организации осуществляется на основе поданного заявления. Осуществляется она в день подачи документов, которые необходимы для осуществления государственной регистрации.

Международные договоры не создают прав и обязательств или прав для третьих государств без их на то согласия. Однако государства, не участвующие в договоре, могут применять его положения в качестве обычных норм международного права.

Сторонами в договорах могут быть как государства, так и международные организации. Иногда заключаются договоры с участием лиц, не являющихся субъектами международного права (например, межправительственное соглашение, в котором помимо государств участвует крупное предприятие). Такие договоры являются международно-правовыми в части отношений между субъектами международного права, в части, касающейся отношений между государством и предприятием; правила, зафиксированные в договоре, носят частноправовой характер.

Так, в статьях 2 Венских конвенций 1969 и 1986 гг. используются такие понятия, как "участвующее в переговорах государство", "участвующая в переговорах организация", "договаривающееся государство", "договаривающаяся организация", "участник", "третье государство" и "третья организация".

Участвующее в переговорах государство - это государство, которое принимало участие в составлении и принятии текста договора; договаривающееся государство - государство, которое согласилось на обязательность для него договора, независимо от того, вступил ли договор в силу. К участникам договора относятся государства, которые согласились на обязательность для них договора и для которых договор находится в силе. Государства, которые не являются участниками договора, называются третьими государствами. Все сказанное относительно государств, как правило, применяется и к международным организациям.

Однако ведущий белорусский ученый – международник Л.В. Павлова указывает на проблему фактической имплементации международных норм, которая состоит в том, что общие суды имеют крайне незначительную практику их применения. Среди основных причин такой ситуации она называет то, что ст. 112 Конституции Республики Беларусь и схожая с ней норма ст.3 Кодекса о судоустройстве и статусе судей Республики Беларусь предусматривают, что судьи осуществляют правосудие на основе Конституции и принятых в соответствии с ней нормативных актов, не устанавливая напрямую право и обязанность судов применять международные обязательства [4].

1. Дурденевский ВН, Крылов СБ, редакторы. Международное право. Москва: Юриздат; 1947. 612 c.

2. Разумов KЛ. Международное частное право: некоторые вопросы теории и практики. В: Братусь СН, Маковский АЛ, Лебедев СН, Разумов КЛ, Усенко ЕТ, редакторы. Материалы Секции права Торгово-промышленной палаты СССР. Выпуск 34. Москва: Издательство Торгово-промышленной палаты СССР; 1983. с. 10–15.

3. Блищенко ИП. Международное публичное и международное частное право. XXII ежегодное собрание Советской Ассоциации международного права. Москва: [б. и.]; 1979. c. 45–56.

4. Вельяминов ГМ. Основы международного экономического права. Москва: ТЕИС; 1994. 108 c.

5. Левин ДБ. Актуальные проблемы теории международного права. Москва: Наука; 1974. 264 c.

6. Вельяминов ГМ. Понятие международного частного права и наука о транснациональных частноправовых отношениях. Труды Института государства и права Российской академии наук. 2015;3:127–151.

7. Мещанова МВ. Проблемы исполнения международных договоров в Республике Беларусь. Весці Акадэмii навук Беларусі. Серыя гуманітарных навук. 1996;3:34–38.

8. Усенко ЕТ. Теоретические проблемы соотношения международного и внутригосударственного права. Советский ежегодник международного права. 1979;1977:57–90.

9. Лунц ЛА. Соотношение международного договора и внутригосударственного закона в гражданском и трудовом праве. Ученые записки ВНИИСЗ. 1968;14:223–227.

10. Тихомиров ЮА. Международное и внутреннее право: динамика соотношения. Правоведение. 1995;3:56–66.

11. Лукашук ИИ. Нормы международного права в правовой системе России. Москва: Спарк; 1997. 89 c.

12. Богатырев АГ, Вельяминов ГВ, Гуцуляк ВН, Усенко ЕТ. Международное право. Шинкарецкая ГГ, редактор. Москва: Юристъ; 2003. 495 c.

13. Рыбаков ВА. Трансформация и имплементация – способы развития национального права. Вестник Омского университета. Серия «Право». 2010;3:34–41.

14. Барциц ИН. Международное право и правовая система России. Журнал российского права. 2001;2:61–70.

15. Сухарев АЯ, редактор. Большой юридический словарь. 3-е издание. Москва: Инфра; 2007. 858 c.

16. Абдулаев МИ. Согласование внутригосударственного права с международным (теоретические аспекты). Правоведение. 1993;2:45–53.

17. Черданцев АФ. Теория государства и права. Москва: Юрайт; 2002. 432 c.

18. Блищенко ИП. Некоторые проблемы советской науки международного права. Советское государство и право. 1991;3:134–142.

19. Черниченко СВ. Международное право: современные теоретические проблемы. Москва: Международные отношения; 1993. 294 c.

20. Аверков ВМ. Теоретические проблемы унификации. Московский журнал международного права. 2000;3:69–82.

21. Tucker RW. Principles of international law by Hans Kelsen. 2nd edition. New York: Holt, Rinehart and Winston; 1966. XVIII. 602 p.

22. Мюллерсон РА. Соотношение международного и национального права. Москва: Международные отношения; 1982. 130 c.

23. Harris DJ. Cases and materials on international law. 3rd edition. London: Sweet and Maxwell; 1983. 810 p.