Экономическая интеграция в рамках ЕС: проблемы и перспективы

Процесс интеграции становится неотъемлемой частью все более глобализирующейся мировой экономики. Он представляет собой качественно новую форму взаимодействия между странами, конечной целью которой является ускорение экономического роста и повышение конкурентоспособности стран, участвующих в процессе интеграции. Проблемы и приоритеты группового развития являются предметом исследования не только экономистов, но и социологов, историков и политологов.

Интеграция в широком смысле означает объединение определенных частей в единое целое. Как и сам процесс интеграции, понятие «интеграция» появилось в круговороте науки в конце XIX – начале XX века. Термин «интеграция» в переводе с латинского языка означает восстановление, соединение, восполнение, а integer – целый, цельный. Следовательно, интеграция относится к процессу формирования единства и целостности системы на основе единства и интеграции, то есть получения целого из любых независимых частей, которые дополняют друг друга, тем самым формируя новую качественную форму [8, c. 239].

Однако многие исследователи объясняли понятие «интеграция» с разных точек зрения. Например, Б. Райсберг в «Современном экономическом словаре» считает, что данная категория представляет собой объединение хозяйствующих субъектов разного уровня, в основном за счет возникновения, развития и укрепления экономических связей между ними.

Н. Диденко определяет интеграцию как форму сотрудничества между странами [3, с. 24].

Идея экономической интеграции в Европе появилась в конце XIX века и постепенно завоевала умы европейских политиков. Еще в 1921 году была предпринята попытка создать бельгийско-люксембургский экономический союз. В 1930 году во Франции А.Бриан и министр иностранных дел Германии Штреземан предложили создать «режим Европейского союза» (План Бриана-Штреземана) [14, с.31]. Этот план не реализован, но позволяет не только определить центральную роль Германии и Франции в Европе, но и начать новую составляющую европейской безопасности и социально-экономической взаимозависимости стран. Такое решение способствовало бы свободному перемещению товаров, капитала и людей, способствовало бы развитию экономической отсталости Европы на основе взаимовыгодных связей между секторами и обеспечило бы прочный мир.

Это предложение оставило глубокий след в истории европейской интеграции. Его подход и заложенные в нем концепции: наднациональные институты, общий рынок, фактическое единство (общность) европейского народа, постоянный творческий поиск-сегодня составляют повседневный язык европейцев.

В разгар Второй мировой войны (21 октября 1943 года) Бельгия, Нидерланды и Люксембург подписали валютное соглашение, а в сентябре 1944 года – Таможенную конвенцию, которая положила начало созданию таможенного и экономического союза этих стран 3 февраля 1958 года обе стороны достигли соглашения о создании экономического союза. Он вступил в силу 1 ноября 1960 года после ратификации парламентами этих стран. Соглашение предусматривает создание единого рынка для свободного перемещения товаров, услуг, капитала и рабочей силы между участниками; координацию экономической, финансовой и социальной политики; бсоздание целого союза в области внешнеэкономических связей. Позже страны Бенилюкса вошли в состав ЕЭС [16, с.32].

Становление и развитие Европейского Союза на протяжении всей его истории было противоречивым, сталкиваясь как с объективными, так и с субъективными препятствиями. Несмотря на в целом прогрессивное развитие и углубление европейской интеграции, трудно найти в ее истории такие периоды, которые не подвергались бы резкой критике и не вызывали бы ожесточенных споров как внутри ЕС, так и за его пределами. Как отметил Жан Моне, «Европа будет построена на кризисах и, в конечном счете, станет результатом их решения» [13, с. 167]. 

На данный момент Европейский Союз переживает один из самых сложных периодов в своей более чем полувековой истории. Существующие кризисные явления носят системный характер, то есть относятся к уровню самой интеграционной структуры и вряд ли могут быть преодолены в краткосрочной или даже среднесрочной перспективе [8, c. 11]. В частности, к таким проблемам относится слишком неоднородный состав группы, что приводит к чрезмерному разнообразию взглядов и значительно усложняет процесс принятия решений и разработки долгосрочной стратегии развития. Более полувека назад Европейский проект был фактически западноевропейской интеграцией, это была относительно однородная группа государств с общими ценностями и общей исторической судьбой. С тех пор население ЕС увеличилось почти в пять раз, в основном за счет государств, значительно отстающих в своем экономическом, политическом и социальном развитии, а также существенно отличающихся историко-культурным контекстом своего развития. Эта неоднородность особенно ярко проявилась в ходе ряда институциональных и экономических кризисов начала 2000-х годов, которые продемонстрировали слабость внутригрупповой солидарности и изменение внутренней логики интеграции.

В исключительную компетенцию ЕС также входит заключение международных соглашений по вопросам, возникающим в связи с реализацией его внутренней политической компетенции (так называемая доктрина «параллелизма» внутренней и внешней компетенции ЕС, сформулированная еще в 1970-х годах Судом европейских сообществ).

Особой противоположностью исключительной компетенции ЕС является категория его компетенции, называемая «компетенция осуществлять деятельность, направленную на поддержку, координацию или дополнение деятельности государств-членов» (пункт 5 статьи 2 Договора о функционировании ЕС), или, более кратко, поддержка, координация или дополнение деятельности ЕС.

Области этой деятельности (всего их семь) перечислены в ст. 6 Договора о функционировании ЕС:

– здравоохранение;

– повышение конкурентоспособности промышленности;

– культура;

– туризм;

– образование, профессиональная подготовка, молодежь и спорт;

– гражданская оборона;

– координация административного сотрудничества государств-членов в реализации законодательства ЕС [15].

В этих сферах государства-члены сохраняют за собой всю полноту законодательной власти, а ЕС лишен права осуществлять гармонизацию (сближение) правовых норм, принятых на национальном уровне (кроме отдельных исключений в сфере здравоохранения). Роль ЕС сводится к поддержке (в том числе финансовой из союзного бюджета) и различным формам координации или дополнения мероприятий государств-членов (рекомендации, программы, обсуждение общих проблем, координирующие инстанции и др.), что и дало название этой категории его компетенции.