Эволюция структуры Православной Церкви в Европе 10-19 вв. Курсовая работа (проект)

Источниковой базой по изучению структуры православной церкви служат Повесть временных лет [11], Ипатьевская летопись, Соборное уложение 1649 года [14] и т.д.

Историография по данному вопросу представлена большим рядом работ разного времени.

В первой половине XIX века в рамках апологетической концепции существовало несколько вариантов понимания данной составляющей церковной реформы Петра I.

1. Преобразование Петром I высшего церковного управления было продиктовано в первую очередь интересами церкви. В этом случае Св. Синод рассматривался как преемник патриаршей власти в полном её объёме, как развитие существовавшей на Руси соборной формы управления церковью. При проведении данного преобразования интересы государства и церкви смыкались и переплетались. В труде «История российской Церкви». А.Н. Муравьёв утверждал, что с просьбой о создании при себе Синода обратился местоблюститель С. Яворский, поскольку он увидел, что не может справиться со своими обязанностями. Государь откликнулся на эту просьбу и решил учредить постоянный поместный собор, поскольку он увидел на опыте какую пользу принесло сосредоточение гражданского управления в коллективных органах власти. Аналогичная оценка учреждению Синода была дана в «Истории русской Церкви» Филарета Архиепископа Черниговского (Филарета Гумилевского).

В труде Митрополита Московского Филарета «Разговоры между испытующем и уверенным о Православии Восточной Кафолической церкви с присовокуплением выписки из Окружного послания Фотия, Патриарха Цареградского, к Восточным Патриаршим Престолам» утверждалось, что замена патриаршества Синодом даже и в малой степени не означала перемену в священноначалии Российской церкви, поскольку во все времена и во всех церквях были соборы или Синоды, которые занимали место патриарха. Соборная или синодальная форма управления церковью является более древней, нежели патриаршая. Таким образом, Российская церковь с установлением Синода ещё ближе подошла к древнему образу священноначалия [12, c.17].

К. Троцина в своём труде «История судебных учреждений в России» отмечал, что создание Петром I Духовной коллегии объясняется исключительно заботой Петра I о благе Церкви, отмечал, что коллегия имела патриаршую власть в полном объёме. В своих рассуждениях о том, для чего нужно было создание Св. Синода автор следовал, в основном за Духовным Регламентом.

2. Преобразование Петром I высшего церковного управления были продиктованы в первую очередь интересами государства. Однако при этом взаимоотношения государства и церкви по сравнению с существовавшими

Изучение истории Русской Православной церкви в первые века ее существования вызывает ряд вопросов связанных скудностью источниковой базы. И одна из научных гипотез связана с отсутствием каких-либо известий об организации церковного управления в период, последовавший сразу после крещения Руси Владимиром Святославичем и продолжавшимся приблизительно до 1037 г., то есть до времени утверждения митрополии константинопольского подчинения при Ярославе Мудром. В литературе неоднократно делались выводы о своеобразии системы управления церковью в этот период с указанием на конкретные истоки неортодоксального влияния [16, c.36]. На основе анализа «Повести временных лет» многие исследователи делали вывод об арианских чертах символа веры и обращения к кирилло-мефодиевской традиции на самых ранних этапах христианизации Руси, а распространение в дальнейшем на северо-западе Руси крестов, повторяющих ирландские, подтверждает, что Новгород стал прибежищем приверженцев ирландской церкви.

Князь Владимир изначально принял византийский вариант православия (по корсунской версии), а после разрывает с греками отношения и создает «десятину» по образу западных и юго-западных славян, так как вообще сомневается в возможности отождествления «корсунского» и «греческого». В 996 г. была возведена Десятинная церковь, которая по своей сути, является центром противостояния византийской ортодоксии в борьбе за самостоятельность русской церкви на основе кирилло-мефодиевской традиции. В то же время традиция Десятинной церкви стала основанием для притязаний Андрея Боголюбского, что вызвало появление первых тенденций к самовластию византийского типа, на создание самостоятельной митрополии. Но в целом можно выделить тяготение к Десятинной церкви сторонников самостоятельности, а к митрополии – приверженцев грекофильской политической традиции. Первый митрополит на русских землях появляется только при Ярославе.

Ярослав принимает византийскую систему церковного иерархического устройства, но при этом стремится не допустить ее подчинения византийским императорам и патриархам. В итоге это приводит к избранию митрополитом Иллариона. Илларион был сторонником преемственности князей-христиан и князей-язычников. Крещением убитых еще в 70-х гг. X в. Ярополка и Олега Святославичей и захоронением в Десятинной церкви было подчеркнуто единство Руси языческой и продолжавшей ее Руси христианской. Дети Ярослава также используют в политической борьбе обе традиции: Изьяслав опирается на Десятинную церковь, Святослав и Всеволод – на Византийскую. [16, с. 48].

Значительно лучше освящен в исторических источниках этап церковного строительства с момента учреждения русской митрополии

Жизнь русской митрополии данного периода очень богата переменами и событиями, стоявшими в связи как с внутренним ростом русской церкви, так, главным образом, с внешнеполитическими условиями. Ряд этих перемен открывается передвижением резиденции митрополита с юга России на север. В данном случае церковная жизнь стала отражением жизни политической. Государственного единства Руси, имевшего свой центр в великом княжении киевском, к концу до-монгольского времени не существовало: к тому времени было уже два великих князя, сидевших на двух противоположных концах Русской земли, в княжествах: галицко-волынском и владимиро-суздальском. Киев перестал быть городом не только великокняжеским, но и просто княжеским и превратился в пригород, управляемый боярином-наместником. Татаро-монгольское иго, принесшее разорение городу, принизило его окончательно и решительно выдвинуло пред митрополитами вопрос об их резиденции. Раздвоение великокняжеского центра несколько замедлило решение вопроса о новой митрополичьей резиденции, потому что заставляло отчасти выжидать и колебаться в выборе. Отсюда некоторый период блуждания митрополитов по русской земле. Затем, когда митрополиты уже избрали северный центр вместо южного, их скитальчество еще несколько затягивается, благодаря временной неустойчивости самого политического центра: Тверь, Владимир, Москва борются за преобладание. Борьба московских князей за права великого княжения вовлекает митрополитов в политику. Чрез это возрастает еще более прежнего государственное значение иерархии, а вместе с тем возрастает на Руси и потребность иметь митрополитов из своих русских людей, которые бы беседовали с князьями «усты ко устом». Все чаще и чаще отправляются в Константинополь за кандидатами на митрополию местные княжеские избранники. Заключение Флорентийской унии приводит к тому, что русские порывают прежние доверительные отношения с греками и начинают новый порядок самостоятельного избрания и поставления себе автокефальных митрополитов на Москве. Власть русских митрополитов в церковном и особенно в политическом отношении поднялась на очень высокий уровень, с момента разрыва с Константинопольским патриархом, быстро теряет свои позиции, т.к. митрополия теряет внешнюю могучую опору своей независимости. Над русскими митрополитами быстро вырастает подавляющий авторитет московского князя, который присваивает себе титул царя и соединенную с ним византийскую идею патроната над всеми православными христианами, при чем поставление и участь самих митрополитов начинает в такой же сильной степени зависеть от личной воли московских князей, как это было в разрушенном Царьграде. Церковная иерархия в таких условиях была вынуждена сама смиренно подчиниться царской власти. Таким был с общий контур исторических судеб русской

В «Курсе церковного права» справедливо отмечается: «Помимо того, что Синод был центральным органом управления Русской Церкви, он являлся еще епархиальной властью для бывшей Патриаршей области, переименованной в Синодальную». И далее поясняется: «Синод управлял ею через те же приказы, какие существовали и при Патриархах, переименованные, однако, в дикастерию (в Москве) и Тиунскую контору (в Петербурге). Но после открытия Московской и Петербургской епархий в 1742 г. Синодальная область прекратила свое существование. В непосредственном ведении Синода от бывшей Синодальной области остались лишь Кремлевский Успенский собор и ставропигиальные монастыри» [15, c.199].

Проект государственной и церковной реформы разрабатывался Петром I и его сподвижниками в течение двух десятилетий и завершился созданием коллежской системы, сменившей приказную. «Духовный регламент», проект которого был разработан епископом Псковским Феофаном (Прокоповичем) к февралю 1720 г., лег в основу деятельности новой коллегии — Духовной, которую, по справедливому замечанию митрополита Московского Филарета (Дроздова), «у протестанта перенял Петр, Провидение Божие и Церковный Дух обратили в Святейший Синод». «Духовный регламент» провозглашал, что «Коллегиум правительственное под державным монархом есть и от монарха установлено», в силу чего Святейший Правительствующий Синод, так же как и Сенат, осуществлял свою деятельность от имени Его Императорского Величества в соответствии с его указами и постановлениями.

Процесс огосударствления Русской Православной Церкви начался с разрушения патриаршей системы в период Межпатриаршества (1701–1720), когда был упразднен Патриарший разряд. Приказ Церковных дел (1701–1711) в течение десяти лет входил в структуру Духовного приказа, подчинявшегося Местоблюстителю Патриаршего Престола митрополиту Стефану Яворскому. Казенный и Дворцовый Патриаршие приказы в течение двадцати лет (1701–1720) подчинялись государственному Монастырскому приказу, подведомственному Сенату. Однако к моменту открытия Синода все упомянутые приказы действовали, а Духовный приказ в период Межпатриаршества был основным. Через него Местоблюститель Патриаршего Престола митрополит Стефан Яворский осуществлял управление Патриаршей областью. Именно Духовный приказ был основным судебным учреждением для духовенства Патриаршей, а затем Синодальной области (1667–1675, 1700–1723). К компетенции Духовного приказа относились все дела, касавшиеся духовных лиц, а также дела, связанные с совершением противозаконных браков (насильственных; в различной степенях родства и др.). Закрытый в 1675 г. (указ царя Алексея Михайловича

Эволюцию структуры православной церкви можно рассмотреть на примере Русской православной церкви.

В качестве первого этапа можно выделить период правления Владимира Святославовича и принятия христианства на Руси. На данном этапе происходит формирование церковного устройства на славянских землях. Процесс этот связан с формированием и преобразованием митрополий. На данном этапе раздробленность и татаро-монгольское иго привели потере авторитета отдельных митрополий и возвышению других. Характерной чертой данного этапа стала борьба за ярлыки со стороны славянских митрополитов.

Русская Церковь была уже, начиная с митрополита Ионны (после Флорентийской унии), самостоятельной, и хотя митрополиты поставлялись по прежнему в Константинополе до конца XV века, митрополиты XVI века возводились на престол по настоянию великих князей, без благословения патриарха. Русская Церковь, с другой стороны, помогала бедствующим восточным Церквам и Афону. В 1586 году царь Федор Иоаннович собрал в Москве собор, на котором было принято решение просить восточных патриархов о даровании московскому митрополиту титула патриарха. Антиохийский патриарх Иоаким, бывший в то время в Москве для сбора «милостыни», поддержал это ходатайство, а через два года в Москву прибыл константинопольский патриарх Иеремия. Ему было предложено стать патриархом Московским и всея Руси, но с условием, что он будет жить во Владимире. Последний не согласился и поставил в патриархи митрополита Иова 25 января 1589 года. В грамоте, подписанной всеми восточными патриархами, присланной в Москву через два года, московскому патриарху определялось 5-ое место после патриарха иерусалимского, и русской Церкви давалось право избрания патриарха собором русских епископов.

Приниженная при Василии III и Иоанне IV русская Церковь в конце XVI века стала вновь вели-вой духовной силой благодаря учреждению патриаршества, и ей пришлось в самом начале XVII века стать объединяющим центром распавшегося государства в годы Смуты.

Следующий этап реформирования связан с правлением Алексея Михайловича, который проводил новаторскую политику по отношению к Русской православной церкви. Будучи одной из крупнейших феодальных организаций, Церковь владела огромными земельными богатствами, что вызывало известное недовольство со стороны правящего класса (дворянства). Светские помещики и вотчинники вели борьбу с духовными феодалами за обладание землями и крестьянами и выступали против судебных привилегий монастырей. Административные и судебные привилегии Церкви, противоречащие политике правительства в деле централизации государственного управления, определили отношение царя к Церкви. В этом противостоянии Алексей Михайлович принял сторону светских