Введение
Глава 1 Категория «прекрасного» в философской и литературной науке
Глава 2 Роман Ф.М. Достоевского «Идиот»: проблематика, идейно образное содержание
2.1 Смысл названия романа «Идиот» и история создания произведения
2.2 Тема красоты в романе
2.3 Образ Настасьи Филипповны в художественной структуре романа
2.4 Образ Аглаи Епанчиной в системе женских образов романа
2.5 Мастерство Ф.М. Достоевского в создании женских образов
Заключение
Список использованных источников
Введение
Роман Ф.М. Достоевского «Идиот» по праву можно считать самым загадочным в творчестве писателя. Этот тезис закрепился еще при жизни автора. В 1879 году в журнале «Русская речь» была опубликована статья Е.Л. Маркова, выразившего всеобщее недоумение по поводу этого романа.
С точки зрения журналиста, читатель «Идиота» должен был вынести тяжелое чувство «из этого повального бреда, мало похожего на действительную жизнь, лишенного всех живых красок жизни, всех умиротворяющих ее сторон, среди которого однообразною, упрямою нотою стонут размышления и признания психиатрического больного». Марков задает вопрос: «Какая внутренняя художественная необходимость заставила его раскрывать нравственную красоту человека в такой невыносимо тяжкой, болезненной форме?» Причина непонимания романа нам видится в недоверии к образу «положительно прекрасного человека» [1, c. 103].
Даже русские религиозные философы, которыми, по существу, впервые по достоинству было оценено творчество Достоевского, не нашли образ князя Мышкина удачным. В работах В.С. Соловьева, Д.С. Мережковского, Л. Шестова и других метафизика данного романа сведена в основном к изучению трагедий – борьбе добра и зла за «Душу мира», при этом акцент смещался с главного героя на софийный образ Настасьи Филипповны. В романе русские философы видели борьбу божественных и демонических начал [1, c. 58-65].
По мнению Вяч. Иванова, главной в романе является идея вины, лежащей в самом воплощении: «поистине вина Мышкина в том, что он пришел в мир чудаком, иностранцем, гостем из далекого края» и стал жить так, «как воспринимал жизнь»; он воспринимал мир «в сонной грезе движущимся в боге, а отпавший мир оказался в близи повинным своему закону греха и смерти»; этого чужого восприятия вещей Мышкиным «мир не понял и не простил» и правильно обозвал его «идиотом» [1, c. 345].
Философская, писательская критика как бы останавливается перед загадкой романа, признавая, что «Идиот», – самый таинственный и до конца «не прочитанный» роман Достоевского. В этом смысле является показательным высказывание Мочульского: «Мышкин стоит как композиционный стержень и духовный смысл действия; он везде присутствует, во всем участвует, со всеми связан. А между тем Мышкин для нас неуловим. Никакой прямой характеристикой мы не можем ухватить его сущность» [1, c. 454].
«Невыговариваемая» тайна произведения стимулировала непрерывность новых прочтений романа, и в советский период в литературоведении была сделана новая попытка интерпретации романа «Идиот». Тенденциозная социологическая критика боролась с образом Достоевского – религиозного искателя истины. К числу мифов она относила представление о Достоевском как о истовом религиозном пророке, столпе
1 Категория «прекрасного» в философской и литературной науке
Прекрасное – это высшая эстетическая ценность, которая рождается, когда формы окружающей нас реальности совпадают с нашими представлениями о совершенстве или о том, что способствует совершенствованию жизни. Итак одной из основополагающих категорий эстетики является категория «прекрасное», которая выражает высшую эстетическую ценность. Ее содержание столь же трудно определимо, как и категории эстетическое. Содержательную сторону прекрасного следует рассматривать в ценностном аспекте. Каждый предмет или явление обладает формальными признаками, которые бы делали их прекрасными. Все они способны так или иначе удовлетворять эстетические потребности людей и, следовательно, выступают в качестве эстетических ценностей. Предметы же, обладающие такими свойствами, называются красивыми и прекрасными. В этой связи необходимо сопоставить категории прекрасное и красивое [6, c. 27].
Объективным основанием и предпосылкой красоты является связь взаимоотношений различных составных компонентов явлений – их пропорции, ритм, соотношение частей и целого, их структура и организация, пространственная и временная форма, насколько все это воспринимается и переживается чувствами человека, способного и понимать эти взаимосвязи, и получать от этого эстетическое удовлетворение.
Красота выступает как соразмерность формы предмета, его содержания, функции, а также как соразмерность восприятию человека, его мировоззрению, духовности. Категория красоты в большей мере акцентирует форму эстетического в объекте и отношение к ней человека настолько, насколько эта форма выступает для него мерой человеческого освоения действительности. Следовательно, категория красоты обусловлена характером практики, трудовой деятельности и характером социальных отношений, то есть условиями жизни, быта, воспитания, природной, эстетической и социальной средой. И лишь по мере того, как человек становится субъектом всемирной истории, формируется его способность понимать и чувствовать красоту всякого природного и социального контекстов.
Категория же прекрасного включает в себя содержание категории красоты, хотя и не в полном объеме. Она существенно отличается от последней. Здесь акцент ставится на человеческом понимании содержания красоты. Прекрасное – категория, выражающая единство красоты и добра. В категории прекрасного выражен и подчеркнут именно общечеловеческий смысл эстетической ценности. Внешняя, формальная правильность, организованность и гармоничность объекта здесь не то чтобы не имеют значения, а подчинены нравственному, проявляются только в свете нравственного содержания, благожелательного расположения к человеку. По мере того, как объект обнаруживает свое положительное отношение к
2 Роман Ф.М. Достоевского «Идиот»: проблематика, идейно-образное содержание
2.1 Смысл названия романа «Идиот» и история создания произведения
Слово, вынесенное в заглавие романа, многократно употребляется применительно к главному герою – и им самим, и окружающими. При этом актуализируется два его значения, связанные между собой, – профессиональное (медицинское) и бытовой (уничижительное).
В словаре П.Я.Черных указано, что в отечественных лексиконах слова «идиот», «идиотизм» отмечены с 1803 года и заимствованы «не прямо из греческого, а, видимо, через «французский» [8, c. 128].
Известные дореволюционные словари дают такое истолкование: «малоумный, несмысленный от рожденья, тупой, убогий, юродивый» (Даль); «идиот (ка) – иносказательное, бранное – глупец, тупоумный» (Михельсон) [9, c. 211]. Даля и цитирует составительница комментария к роману «Идиот» в Полном собрании сочинений Достоевского Н.Н.Соломина; она также сообщает минимальный перевод слова с греческого (отдельный, частный человек) и добавляет, что в средние века оно означало «человека не слишком образованного или вообще далекого от «книжной премудрости», но наделенного идеальными чертами и глубокой духовностью». Далее следует ссылка на работу Р.И. Хлодковского, в которой затрагивается последнее из перечисленных значений [10, c. 298].
Действительно, в греческом языке уничижительные значения в слове «идиот» не были первичными: так назывался частный человек, вообще простой человек, незнатный; простой солдат, рядовой в противоположность правителю, князю, полководцу. Невежа, неуч, неопытный, несведущий человек (в противоположность) образованному, посвященному, так же, как и прозаик (в противоположность поэту) – это уже следующий этап в осмыслении слова. Обратим внимание на, так сказать, «диалогическую» природу его значения, восприятие которого предполагало учет другого члена оппозиции – того, с чем оно соотносилось, чему противопоставлялось. Очевидно, в древнеримской культуре слово во многом утратило это богатство смысла («римляне разумели под идиотом незнающего, неопытного человека, невежду и бездарность в науках и искусствах»). «Оживление» слова происходит с началом христианской эпохи, когда оно приобретает еще один, впоследствии почти напрочь забытый, смысл – «мирянин». В таком значении его употребляет апостол Павел в Первом послании к коринфянам. Говоря о богослужебных собраниях апостолькой церкви, он призывает проповедующих выражаться понятно для всех присутствующих [11, c.28].
Интересно отметить, что смысловое богатство слова «идиот» и однокоренных лексем было причиной их использования в богословской литературе для передачи сложнейших значений. Это происходило в период споров и поисков наиболее точных формулировок. Св. Афанасий тождество
Заключение
Философская, писательская критика как бы останавливается перед загадкой романа, признавая, что «Идиот», – самый таинственный и до конца «не прочитанный» роман Достоевского.
Как мы выявили в ходе исследования, трактовка категории прекрасного на протяжении веков трансформировалась. Красота выступает как соразмерность формы предмета, его содержания, функции, а также как соразмерность восприятию человека, его мировоззрению, духовности. Категория красоты в большей мере акцентирует форму эстетического в объекте и отношение к ней человека настолько, насколько эта форма выступает для него мерой человеческого освоения действительности. Следовательно, категория красоты обусловлена характером практики, трудовой деятельности и характером социальных отношений, то есть условиями жизни, быта, воспитания, природной, эстетической и социальной средой. И лишь по мере того, как человек становится субъектом всемирной истории, формируется его способность понимать и чувствовать красоту всякого природного и социального контекстов.
Исследуя различные трактовки названия произведения, мы выявили основные смыслы, касающиеся князя Мышкина:
1) христианин, не принадлежащий к клиру;
2) человек, получивший воспитание не в городе, а в деревне (и в России, и в Швейцарии);
3) человек-представитель своего народа и даже всего человечества.
В подготовительных материалах к «Идиоту» автор записал: «Сострадание – все христианство». Однако под христианством он здесь понимал не почти двухтысячелетнее церковно-евангельское учение, а опиравшееся на идеи Руссо современное ему «розовое» христианство социалистов-утопистов, во главе с гуманистическим Христом, который вновь и вновь приходит в мир бороться за земную справедливость.
В процессе работы над романом художественная логика приводит Достоевского к убеждению, что натура человека глубже гуманистических «мечтаний»: «бесовство» не укротить человеческой «жалостью», а внушенную дьяволом тягу к смерти – рациональными доводами. Сострадание бессильно по отношению к Настасье Филипповне. Христианство не может быть сведено к одной «жалости»: Мышкин не «воскресил» героиню ни духовно, ни социально. В мире, лежащем во зле, даже «положительно прекрасный человек» своими силами не способен «спасти» другого человека, не может противостоять дьяволу без Божьей поддержки.
Идея же романа «Идиот», по признанию писателя, «почти лопнула», потому что гуманистический Христос оказался несостоятельным в деле
1 Воспоминания и исследования о творчестве Ф.М. Достоевского / Луначарский, А.В. [и др.]. – Москва: Наука, 2015. – 544 с.
2 Лотман, М.Ю. Беседы о русской культуре / М.Ю. Лотман. – Петербург: Искусство, 1994. – 356 с.
3 Назиров, Р.Г. Творческие принципы Достоевского / Р.Г. Достоевский. – Саратов: Издательство Саратовского университета, 1982. – 176 с.
4 Касаткина, Т.А. Характерология Достоевского. Типология эмоционально-ценностных ориентаций / Т.А. Касаткина. – Москва: Наследие, 1996. – 336 с.
5 Роман Достоевского «Идиот»: современное состояние изучения Касаткина, Т.А. [и др.]. – Москва: Наследие, 2001. – 560 с.
6 Эко, Умберт. История красоты / Умберт Эко. – Москва: Слово, 2008. – 351 с.
7 Борев, Ю.Б. Эстетика / Ю.Б. Борев. – Москва: Эскмо, 2005. – 223 с.
8 Черных, П.Я. Историко-этимологический словарь русского языка / П.Я. Черных. – Москва: Русский язык, 1994. – 556 с.
9 Даль, В. Толковый словарь русского языка / В. Даль. – М.: Эскмо, 2015. – 688 с.
10 Хлодковский, Р.И. Франческо Петрарка. Поэзия гуманизма / Р.И. Хлодковский. – Москва: Наука, 1974. – 234 с.
11 Бурова, Ю.В. Библейские образы в романах Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» и «Идиот» / Ю.В. Бурова // Интерация образования. – 2001. – № 1 – С. 86-91
12 Сниткина, А.Г. Ф.М. Достоевский: письма любви / А.Г. Сниткина. – Москва: Классик, 2011. – 300 с.
13 Буров, А.М. Лицо и амальгама: анализ романа Достоевского «Идиот» / А.М. Буров. – Москва: ИФ РАН, 2005. – 180 с.
14 Богданова, О.А. Образ чистой красоты в романе Ф.М. Достоевского «Идиот» / О.А. Богданова // Знание. Понимание. Умение. – 2007. – № 2 – С. 15-28.
15 Достоевский, Ф.М. Идиот / Ф.М. Достоевский. – Л.: Наука, 1972 – 350 с.
16 Волгин, И.Л. Последний год Достоевского / И.Л. Волгин. – Москва: Советский писатель, 1986. – 178 с.
17 Захаров, В.Н. Имя автора – Достоевский / В.Н. Захаров. – Москва: Индрик, 2011. – 254 с.
18 Степанян, К.А. Достоевский и Сервантес: диалог в большом времени / К.А. Степанян. – Москва: Языки славянской культуры, 2013. – 366 с.
19 Исупов, К.Г. Русская философская культура / К.Г. Исупов. – Москва: Наследие, 2011. – 566 с.
20 Захаров, В.Н. Система жанров Достоевского / В.Н. Захаров. – Л.: Издательство Ленинградского университета, 1985. – 254 с.
21 Сараскина, Л.И. Достоевский в созвучиях и притяжениях / Л.И. Сараскина. – Москва: Русский путь, 2006. – 608 с.
22 Сараскина, Л.И. Ф.М. Достоевский: одоление демонов / Л.И. Сараскина. – Москва: Согласие, 1996. – 464 с.
23 Недзведский, В.А. Русский социально-универсальный роман ХIХ века / В.А. Недзведский. – Москва: Наследие, 1997. – 323 с.