Основные принципы соединения инструментальных тембров в оркестре

«Воплощение музыкального образа достигается данным звуковысотным текстом в единстве с данным тембром» [1, c. 25]. «Единство и взаимосвязь между тембром и звуковысотным текстом существует не только в пределах изолированного музыкального отрывка, но и в развитии целого» [1, c. 25]. Классики русской музыки (М. Глинка, Н. Римский-Корсаков, П. Чайковский) неоднократно указывали на зависимость тембра от музыкального материала. «Инструментовка находится в прямой зависимости от самого творчества музыкального», – писал М. Глинка. «Красота музыкальной мысли вызывает красоту оркестра» [2, с. 349]. «Выбор оркестрового приема находится в связи с музыкальным содержанием и колоритом куска, ему предшествовавшего, и куска, следующего за ним, и зависит от того, представляет ли данный период или момент единообразие и противоположность предыдущему или последующему музыкальному содержанию, а также представляет ли он вершину или ступень в ходе общей музыкальной мысли» – отмечал Н. Римский-Корсаков [3, с. 81].

На сегодняшний день в искусствоведческой литературе подход к исследованию средств оркестра русских народных инструментов несколько ограничен.

Специфика выразительных средств оркестра выводится, исключительно из средств отдельно взятых инструментов. Но самобытные черты оркестра в намного большей степени определяются специфичностью взаимосвязей инструментальных групп, таких же своеобразных, как и средства отдельных инструментов оркестра.

В отличие от пьес-сочинений, предназначенных для исполнения отдельными инструментами соло, в оркестровой фактуре тембры инструментов постоянно смешиваются, предлагая слушателю безграничное многообразие тембро-интонационных «моделей». В таких случаях общий колорит звучания вытекает из воздействия двух взаимосвязанных факторов:

1) от индивидуальных выразительных средств каждого из инструментов, участвующих в исполнении;